Музыкальная бутылка. Часть 2.

Музыкальная бутылка. Часть 2.

Стихи и песни Игоря Белого В скором времени нас ждёт необыкновенное событие. Может, вы подумали — первое сентября, школа? Нет, не угадали. 32 августа!
22.08
Теги материала: поэзия, поэты

В скором времени нас ждёт необыкновенное событие. Может, вы подумали — первое сентября, школа? Нет, не угадали. 32 августа! Так в августе же всего тридцать один день, скажете вы. А вот и нет. Где-то между самым концом августа и самым началом сентября спрятался последний летний день, самый прекрасный.

А если серьёзно, то «32 августа» — это объединение поэтов, которое придумал Игорь Белый со своими друзьями. Его стихи и песни мы будем читать и петь сегодня.

История о том, как я рисовал лошадь

Попросил я лошадь: Извините,
Вы меня немножко прокатите
Вон до той берёзки с чёрным боком —
Я боюсь свалиться ненароком.

До чего пушиста ваша грива,
И осанка ваша горделива,
И конечно, вы не виноваты,
Что мне стремена высоковаты.

Я спросил у лошади: Позвольте,
Где же ваш ковбой при верном кольте
Или мушкетёр при верной шпаге,
Полный безрассудства и отваги?


Я совсем не ловок и не гибок,
Я боюсь крапивы и прививок.
Из меня плохой наездник, ибо
Мне бы до берёзки — и спасибо!

И ещё сказал я лошади: Прекрасно,
Познакомился я с вами не напрасно,
Ведь такие встречи, как подарки —
Только в цирке или в зоопарке.

Ах, как хочется кататься — до зарезу! —
Можно, я на вас теперь залезу?..
Ничего мне лошадь не сказала —
То, что хвост не дорисован, показала.

Старый ковёр

Там на стене висит не гобелен —
Простой ковёр советского мещанства,
Собравший электричество и тлен
В одно неповторимое пространство.
Где по траве, ступая между снов,
Под чёрным небом, днями и ночами
Олени из невиданных лесов
Проходят бирюзовыми ручьями.
Та сторона — подчинена теплу;
За дальним лесом, в бархатной печати
Горит ночник, машинка на полу
Видна неподалёку от кровати,
Ботинок мой, испачканный в мелке,
И мамин плед, и старая газета,
И тень, что разлеглась на потолке,
От вечно непонятного предмета…
Там никого, лишь детская звезда
Пылает без конца и без начала,
И только Бог заглянет иногда —
Польёт цветы, поправит одеяло,
Затем выходит в небывалый лес
И ждёт над голубыми берегами,
Как будто бы определяя вес
Моей души ветвистыми рогами.

Ян Гевелиус

Ян Гевелиус, астроном,
Был всю жизнь уверен в одном:
Что любые деньги и власть
Можно потерять и пропасть,
Позабыть навсегда покой
И остаться с пустой башкой.
А сверкающий небосвод
Никогда от тебя не уйдёт.

Потому-то он свой чердак
Не сменял бы на сотню благ,
А свой собственный телескоп
Был дороже ему всех Европ.
Так и жил, коротал свой век,
Не смыкая бессонных век,
Разбирал сочетанья звёзд —
Где рука с мечом, а где хвост.


И однажды к нему в окуляр
Вдруг попал непонятный шар —
Ни одно из небесных тел
Не летало, как он летел,
То он красным сверкал огнём,
То пылало золото в нём.
Беспорядочно он светил,
Нарушая весь ход светил.

Долго думал наш астроном,
Написал полновесный том
И, науку устав свершать,
Вышел воздухом подышать.
Дети громко носятся вскачь,
Красно-жёлтый кидают мяч.
Улыбается под окном
Ян Гевелиус, астроном.

Железная сказка

Когда свободно такси, шофёр
Достаёт железный ключ.
Из-под ног достаёт железный ларь
И железный замок отмыкает ключом,
Помогая плечом.
Он достаёт из ларя пинцет,
Две отвёртки и шуруп.
Затем железного кота.
Укрепляет его на приборной доске
Справа на уголке.

Стучат монетки в ночи, шофёр
Отдыхает, недвижим.
А кот открывает правый глаз,
И зелёный огонь виден издалека
В глубине тупика.

Но пассажир не идёт, шофёр
Издаёт глухой щелчок.
Затем демонтирует кота.
Кот в железном ларе тоже щёлкнет пять раз,
Закрывая свой глаз.
И уезжает такси домой
По железной мостовой.
Туда, где растёт железный дом,
И железная дверь с деревянным крюком
Поддаётся с трудом.

Шофёр ложится во тьме, скрипя,
На магнитную кровать.
Тишина. Ничего не услыхать.
Только изредка кот на пустынном дворе
Щёлкнет где-то в ларе.

В тихом омуте

В тихом омуте, в чёрном зеркале
Отражаются облака.
След от окуня, водомерка ли,
Дым рыбачьего костерка.
И дрожание стрекозиное
Над поверхностью без конца,
А навстречу лишь вздохи длинные —
Вдохи жадные плавунца.

В тихом омуте и русалки есть —
Кожа склизкая, рыбья стать.
Кому выпадет — выбирают — честь
Рыбаков собой чаровать.
И ладошками-перепонками
Из кувшинок ей вяжут бант;
Щекотание — дело тонкое:
Тут фантазия и талант.
Щекотание — дело тонкое:
Тут и труд тебе, и талант.


В тихом омуте черти водятся,
Носят чёртово решето,
А как вырвутся, то, как водится,
Разведут чуть что чёрте что!
Вместо омута станет скважина
И закрутится во всю прыть —
Козлорогая удаль блажная,
С фавном вежливым не сравнить.
Козлорогая удаль блажная,
С предком греческим не сравнить.

А на самом дне в тихом омуте
Сомы мудрые в тишине.
Только раки да только сомы те
Там зимуют на самом дне.
В ненадёжные руки памяти
Отпускается чудо сна —
В тихом омуте, в сердце заводи
Начинается тишина.

Карманный ангел

Кто прячет секреты в глухих закромах,
А кто под подушкой из ситца,
А я ничего не скрываю впотьмах —
Мне неинтересно таиться.
Но тайну мою даже при свете дня
Никто никогда не узнает:
Мой ангел в кармане живёт у меня
И тихо на флейте играет.

Уже больше года в карман не возьму
Предмет, тяжелее пушинки.
Туда я вколол для комфорта ему
Иголку от швейной машинки.
Смывает ли дождь городские огни
Иль кружится снег постоянный —
Отныне в году лишь погожие дни,
Со мною мой ангел карманный!


Он так отзывается в жизни моей
На каждый особенный случай:
Любая удача теперь веселей
Под звуки мажорных трезвучий.
Не ладится дело, хромает строфа
Иль почта давно не приходит —
На флейте барочной тоскливое фа
Мой ангел карманный выводит.

Вчера поздно вечером я повстречал
Знакомого мне музыканта —
В пустом переходе метро он играл
Негромко на флейте анданте.
Скажи мне, кому ты играешь сейчас,
Какой ожидаешь награды?
Ответил он: «Скоро экзамен у нас,
И мне репетировать надо».

С тех пор я остался совсем одинок,
Иголка ржавеет в кармане.
Я знаю, что мир мой имеет свой срок
И существовать перестанет.
Расколется небо, сметут города
Небесного воинства фланги,
И в громе их труб я услышу тогда,
Как славно играет мой ангел.

Проблема кота

Что кричишь, мой чёрный зверь,
И бросаешься на дверь?
На кошачьих мягких лапах
В гости к нам приходит запах,
Только запах, ты поверь.


Кот не верит ни на грош —
Это ты, хозяин, врёшь.
Обегает все столы,
Изучает все углы —
Вынь подругу да положь!

Эта кошка далеко,
Пьёт на кухне молоко
У хозяев незнакомых,
Пол-Москвы бежать из дома
К ней, пожалуй, нелегко.

Ничего не понял ты.
Мир обрёл свои черты:
Заоконный ветер вольный,
Круг от лампочки настольной
И привет из темноты.

Рыбаки и карась

Раз поспорили три рыбака,
Чья рука на удачу легка.
И кто больше друзей принесёт карасей,
Не насаживая червяка.

И друг другу с утра у реки
Предъявили пустые крючки;
Разложились кто где, но поближе к воде,
И уставились на поплавки.

Одинокий карась, шелестя,
Проплывал мимо часик спустя.
Удивлённо слегка изучал три крючка,
Что висели, лишь сталью блестя.

И сочувственно думал карась:
«Знать, нужда и до них добралась.
Вздорожала еда и с наживкой беда,
А ведь ждут, на удачу молясь».

Заскочив на минутку домой,
Он порылся в своей кладовой,
И трёх жирных червей насадил посильней,
Прежде чем дальше плыть по прямой.

Ближе к вечеру грустно без слов
Рыбаки осмотрели улов.
Отрешённо ушли по дорожной пыли
И расстались у самых домов.

И отныне, забыв про еду,
Предались домино и труду.
Снасти все, как один, отнесли в магазин…
Червяков закопали в саду.

Матушка Гусыня

Кто-то лает, ветер носит,
Солнце жаркое заносит.
Гуси были на покосе
И теперь идут домой.
А фонарики у дома
Освещают путь знакомый,
И над ними невесомо
Пролетает козодой.


«Здравствуй, Матушка Гусыня, —
Шепчет ветер из глициний, —
Я устал свистеть в пустыне,
Чью-нибудь носить тоску.
Чем гонять аэростаты
В облака из мокрой ваты,
Ты возьми меня в гусята,
В свою белую строку!»

На рассвете в небе звонком
Звёзды с месяцем в сторонке
Ждут последнего гусёнка,
Чтоб пристроиться за ним.
Солнце ходит, ветер стынет,
Доля горькая нас минет,
Пока Матушка Гусыня
В поле с выводком своим
Ещё материалы этого проекта
Зазебриное озеро
Папа очень любил музыку, поэтому быстренько сел и написал. Музыку. Это была очень полосатая музыка.
— Ой, какая полосатая! — закричала зебра Матроска.
— Музыка не может быть полосатая, она может быть только волнистая, — сказала старшая и умная сестра Лохматка.
24.05.2011
Неудобно как-то всё, когда живешь на кактусе
Испытатели первой ракеты были крайне безвкусно одеты. Бусы из хризопраза, шесть булавок от сглаза, Панталоны, носки, эполеты…
06.08.2014
Солнышко на асфальте
После возвращения из роддома мама очень изменилась. Димка больше не был любимым сыночком, солнышком. Отныне все ласковые слова доставались маленькой дочке, а сын был вроде собачки – подай да принеси.
10.09.2009
Моё трёхцветное счастье
На обочине сидела старушка. Хиленькая, маленькая. Она держала котёнка. Трёхцветного. Крошечного, намного меньше даже самой маленькой старушки.
16.07.2009